Гравитация против наркотиков




Последние десять лет врачи, первыми в России столкнувшиеся с “белой
смертью”, упорно ищут способы лечения и реабилитации больных
наркоманией. Уникальные методики по снятию физической зависимости от
наркотиков разработаны и запатентованы в Московском НИИ психиатрии
Минздрава России. О них рассказывает наш корреспондент.


Кажется, это было в другой жизни: каждый случай продажи наркотика для
немедицинского употребления – в миллиграммах! – ставился на особый учет
в Министерстве внутренних дел СССР. А роман Чингиза Айтматова “И дольше
века длится день” был чуть ли не единственной попыткой познакомить
россиян с “белой смертью”, наркокурьерами, наркодельцами. Теперь я ехала
в Московский НИИ психиатрии, где с помощью гравитационной хирургии крови
лечат наркоманов, и вспоминала убийственные факты, цифры. Они
приводились на международном совещании по борьбе с наркобизнесом, в
работе которого мне довелось принимать участие.
Более 3 миллионов россиян сегодня поражены чумой ХХ века. Причем
наркомания стремительно молодеет. Только за прошедший год число
подростков с этим страшным диагнозом увеличилось на 80%. Уже в детских
садах нашим малышам “добрые дяди” раздают жевательную резинку,
начиненную наркотическим веществом – по-моему, нет более страшного
подтверждения тому, что генофонду нации грозит смертельная опасность.
Всю серьезность ситуации в полной мере осознают, пожалуй, только врачи.
Ведь именно они воочию видят и знают трагические последствия “райского
наслаждения”, наркотической интоксикации.
…Старушка-мать с маленьким внуком несколько недель искала свою взрослую
дочь, пристрастившуюся к наркотикам. Нашла ее в одном из московских
подвалов – растворившуюся в иллюзорной жизни, потерявшую женский облик,
не узнавшую собственного сына. Нашла и буквально за руку привела в
отделение интенсивной терапии Московского НИИ психиатрии. Силой
заставила написать заявление о согласии на лечение. А потом долго и
горько плакала в коридоре. Подобных историй множество. Как
свидетельствует врачебная практика, ни один наркоман не в состоянии
принять самостоятельное решение, даже если хочет подняться из
наркотической бездны. Он становится рабом смертоносного зелья. И вылечить
его чрезвычайно сложно.

Доктор медицинских наук Дмитрий Иванович МАЛИН – автор двух монографий,
более 50 научных публикаций и 6 авторских свидетельств в области
неотложной психиатрии. Проблемой лечения наркомании занялся еще в
первые постсоветские годы. Вместе со своим коллегой – кандидатом
медицинских наук Николаем Владимировичем КОСТИЦЫНЫМ – Малин искал
способы снятия физической зависимости от наркотиков.
Идея применить для этого плазмаферез сама по себе была не новой. Многие
специалисты в области клинической психиатрии проводили тогда
исследования, связанные с очисткой крови от наркотических веществ. И это
понятно. Плазмаферез – метод гравитационной хирургии крови – давно
зарекомендовал себя в лечении заболеваний, осложненных разного рода
воспалительными процессами, токсикозом и отравлениями. По сути своей он
напоминает известное со времен Гиппократа кровопускание, но удаляется не
вся кровь, а только плазма.

Кровь больного пропускается через специальный прибор – фракционатор,
крутится в роторе и под действием силы тяжести разделяется на белую и
красную. Белая кровь – насыщенная токсическими веществами плазма –
выливается и замещается адекватным объемом физиологического раствора.
Красная же вновь вводится пациенту через капельницу. То есть сохраняются
все главные элементы крови, только в очищенном виде.
– Наркотик – это тоже яд и очень сильный, – поясняет Дмитрий Иванович
Малин. – Когда он попадает в организм, то к нему начинают образовываться
антитела. Они как бы хотят заблокировать наркотик, лишить его
токсических свойств. Но, взаимодействуя с наркотиком, антитела оседают
на клетках организма и разрушают их. Страдают, главным образом, почки,
печень и сердце. Именно поэтому мы наблюдаем у больных наркоманией
пиелонефриты, миокардиты, гепатиты. Это один механизм отравления
организма токсическими веществами. Есть и другой. При резком прекращении
приема наркотиков у больного возникают сильные болевые ощущения. Его
мучает бессонница, рвота. Он возбужден и агрессивен. Это состояние
наркоманы называют ломкой, а врачи – абстиненцией. Вызывается оно тем,
что организм сам начинает вырабатывать определенные токсические вещества
и активно выбрасывать их в кровь. Так вот, плазмаферез позволяет значительно
облегчить процесс ломки и очистить кровь от последствий наркотической
интоксикации.

Словом, Дмитрий Иванович и его коллеги не сомневались в эффективности
современного “кровопускания” в сочетании с медикаментозным лечением.
Проблема заключалась в другом – среди российских ученых не было единого
мнения о сроках проведения плазмафереза, количестве операций на курс
терапии и оптимальных объемах удаляемой плазмы при снятии физической
зависимости от наркотиков. У Малина и Костицына на поиски ответов ушло
три года. Они изучили более 150 больных наркоманией, находившихся на
лечении в отделении интенсивной терапии Московского НИИ психиатрии.
Ученые установили, что операцию плазмафереза лучше всего проводить
дважды. Первую – в среднем через сутки после резкого обрыва приема
наркотиков. В это время возникает ломка и выброс токсических веществ в
кровь максимален. Раньше – не имеет смысла. Более того, проведение
плазмафереза на фоне несформировавшегося токсикоза может привести к
усилению разрушающих организм явлений.
Вторую операцию, как оказалось, целесообразно делать непосредственно
перед выпиской больного, на 5-6-е сутки после поступления в больницу.
Дело в том, что токсические вещества находятся не только в крови, но и в
тканях. И после первого их хирургического удаления они вновь
накапливаются в плазме крови и атакуют организм. Повторное очищение
позволяет окончательно освободить его от последствий опийной, в том
числе и героиновой, интоксикации.

Определили ученые и оптимальное количество удаляемой плазмы за одну
операцию – от 800 до 1600 мл, в зависимости от физического состояния
больного, его веса, количества белка в крови, особенностей
кровообращения и степени привыкания организма к наркотикам, а также от
их вида. Но во всех случаях плазмаферез эффективен только в комплексе с
интенсивным терапевтическим лечением, направленным на снятие клинических
проявлений болезни. Это принципиально важно, по мнению доктора
медицинских наук Малина. Симптомы физической зависимости от наркотика
настолько сильны, что доводят больного до нервного исступления и
физического истощения, держат его в шоковом состоянии. И по-человечески
понятно желание Дмитрия Ивановича найти способ, чтобы сократить период
ломки, смягчить его и облегчить страдания тех, кто все же решился выбраться
из наркотического дурмана.

После того, как метод гравитационной хирургии крови был отработан и
подтвержден патентом на изобретение, Дмитрий Иванович вплотную занялся
поиском способа купирования опийной абстиненции. И нашел его. Правда,
сам он считает, что разработанная им методика – не панацея, но тем не
менее помогает пациентам спокойнее перенести то, чего они боятся больше
всего на свете – ломки.

– Больные наркоманией находятся в нашем отделении семь дней под
круглосуточным наблюдением реаниматологов и психиатров, – рассказывает
Дмитрий Иванович. – Каждый час внутривенно им вводятся обезболивающие
смеси. Готовятся они на основе раствора глюкозы и включают в себя
препараты, каждый из которых целенаправленно купирует конкретные
симптомы болезни. Одни снимают физическую боль, другие уменьшают спазмы
гладкой мускулатуры, третьи положительно воздействуют на расстроенное
интоксикацией сознание – успокаивают, восстанавливают сон. И в комплексе
с плазмаферезом дают высокие результаты. За семь дней мы возвращаем
человека в нормальное физическое состояние.

– Конечно, срок пребывания в реанимационном отделении может и продлиться.
Это зависит от возраста, стажа наркомана и вида наркотика. Героин,
например, настолько пагубно воздействует на центральную нервную систему
и внутренние органы, что превращает 18-20-летних парней и девчат в
глубоких стариков, с серьезнейшими соматическими нарушениями. У таких
больных ломка длится дольше и проходит тяжелее.
– У кого сильнее проявляется физическая зависимость – у мужчин или
женщин?

– На мой взгляд, грань между мужчинами и женщинами стирается – лечение у
всех проходит тяжело. И физически после интенсивной терапии и
плазмафереза все чувствуют себя одинаково хорошо. А вот процесс
психологической реабилитации у всех проходит по-разному. Здесь, прежде
всего, играют роль личность и ее социальные установки. Желание
вылечиться должно быть подкреплено сильными, глубокими мотивами – дети,
любовь близких, искренняя поддержка друзей и знакомых. Но нужно
отметить, что у женщины социальная дезадаптация происходит предельно
жестко. Они быстрее теряются в жизни под действием наркотиков. И если
рвутся нити, связывающие ее с обществом и семьей, если нет нравственных
“тормозов”, то шансов на исцеление очень и очень мало.

– Сколько больных к вам обращаются за помощью повторно?
– Тридцать-сорок процентов. Некоторые из них держатся год, два, три и
только потом срываются из-за отсутствия тех самых социальных установок.
– Это плохо или хорошо?
– Во-первых, сам факт повторного обращения к нам говорит о том, что
человек поверил в эффективность наших методик и по-прежнему не оставляет
надежды вырваться из наркотического плена. Во-вторых, существует
неумолимая статистика, которая свидетельствует о чрезвычайно низкой
степени излечения наркоманов. Поэтому, если после лечения человек год
не принимает наркотики, то это считается достаточно хорошим результатом.
Если он противостоит смертоносной привычке три года, то это – очень
высокий результат. И если трехлетний стаж нормальной жизни выдерживают
пять пациентов из ста, прошедших курс лечения и реабилитации, то это
можно с полным правом отнести к профессиональной удаче врачей.
– Все же, что мешает наркоману перестать быть таковым после комплексного
интенсивного лечения?
– Подчеркиваю, за 7 дней от наркомании полностью не вылечить.
Разработанные нами методики избавляют организм лишь от физической
зависимости от наркотика. Мы такую задачу и ставили перед собой – помочь
человеку на первоначальном этапе и создать условия для его последующей
психической реабилитации. Мы ее выполнили. А вот дальше включаются
механизмы, не подвластные методам гравитационной хирургии крови и
интенсивной терапии.

Физически человек прекрасно себя чувствует, а психически ему не хватает
того кайфа, который он испытал во время приема наркотика. В его душе не
находят эмоционального отклика такие жизненные стимулы, как любовь,
радость, счастье. Дело в том, что эти чувства просто так нам не даются.
В нашем организме есть свои внутренние “наркотические” вещества, так
называемые эндорфины. Они вырабатываются и служат нам наградой в виде
положительных эмоций только в том случае, если мы настойчиво стремимся к
определенной цели и достигаем ее.
-Кто-то несколько лет добивается благосклонности любимой женщины. Кто-то
собственными руками возводит дом. И вот когда желаемый результат
достигнут, душа человека буквально купается в эйфории чувств.
У наркомана же процесс достижения цели отсутствует. Остаются только
искусственные эмоции, вызванные наркотиком. Привыкнув к незаслуженным
положительным эмоциям, он плохо переносит даже небольшие стрессы. Его
смертельно пугают мелкие неприятности в семье и на работе. И если силы
воли не хватит, чтобы справиться с собой, то может сорваться. К
сожалению, пока не придуманы действенные методики снятия психической
зависимости от наркотиков. Но поиски, безусловно, ведутся.





Ольга НЕЗВАНОВА

Похожие статьи: