Шумы в сердце

Шумы в сердце
Пересадка сердца — уже реальность. Тяжелая аритмия устраняется через один прокол. А прооперированные дети с врожденными пороками ничем не отличаются от здоровых. Какие новые методики и подходы сегодня успешно применяют в своей практике российские врачи?
доктор медицинских наук, академик РАН, директор Научного центра сердечно-сосудистой хирургии им. А.Н. Бакулева в Москве, Президент Лиги здоровья нации, выдающийся кардиохирург современности Лео Антонович Бокерия

Рассказывает доктор медицинских наук, академик РАН, директор Научного центра сердечно-сосудистой хирургии им. А.Н. Бакулева в Москве, Президент Лиги здоровья нации, выдающийся кардиохирург современности Лео Антонович Бокерия.

— В рейтинге актуальных болезней цивилизации сердечно-сосудистые заболевания всегда лидировали. Какова ситуация сейчас? Кто побеждает — болезни или медицина?

— Заболевания сердца и сосудов пока по-прежнему стоят на первом месте по распространенности. Однако сегодня кардиология достигла серьезных успехов. Фактически нет заболевания, которое мы не можем лечить. В данном случае «мы» — это кардиологи в мировом масштабе.

При этом применяются самые разные подходы. Во-первых, многие сердечно-сосудистые недуги сегодня успешно лечатся с помощью лекарств. Во-вторых, большое число проблем в этой сфере лечится через вену, артерию, прокол в грудной клетке.

Самый тяжелый контингент больных нужно оперировать.

— Речь идет об операциях на открытом сердце?

— С них всё начиналось, сейчас методы усовершенствовались.

Человечество больше 100 лет стремилось получить доступ к сердцу. Добиться, чтобы устранять дефекты, которыми человека наградила природа либо он приобрел их из-за ревматизма и других недугов.

Первые операции производились на открытом сердце. Сначала их делали в условиях пониженной температуры тела. То есть сначала пациента охлаждали. Затем на 6–8 минут пережимали полые вены и производили необходимые манипуляции.

А потом начал применяться метод искусственного кровообращения. Он позволяет не «выключать» сердце на время операции.

Первый аппарат создал еще советский ученый С.С. Брюхоненко. Нынешние устройства — это целая система уникальных, связанных между собой блоков. Она поддерживает работу сердца и легких до, во время и после хирургических вмешательств.

С помощью новейшей техники мы оперируем детей с критическими врожденными пороками сердца, с тяжелым поражением клапанов. Также операции проводятся людям с разными проявлениями коронарной болезни — когда поражено много сосудов сразу, когда больна главная артерия, питающая левые отделы сердца. Когда помимо сердечных проблем у пациента имеется диабет.

Здесь налицо тоже явный прогресс. Каких-то 10 лет назад мы фактически не брали человека старше 60 лет на операцию с искусственным кровообращением. Сегодня с прекрасным результатом оперируем 80–85-летних больных. И они еще лет 10 потом живут и радуются. Пролеченный человек больше не задыхается. У него начинает лучше соображать голова.

— А что можно предложить людям со сложными типами аритмий, которые не лечатся таблетками?

— Да, есть такой большой пласт заболеваний — жизнеугрожающие аритмии. Это тяжелые нарушения ритма сердца. Центральное место среди них занимает мерцательная аритмия.

Есть состояния внутри этой болезни, которые можно устранять катетером через прокол в сосуде. Но эффект от такого лечения не всегда долговечный. Сегодня начала проводиться более масштабная операция под названием «Лабиринт». Она ликвидирует сам механизм развития аритмии. Большое достижение.

— А реально ли в наше время продлить жизнь человеку в критическом состоянии — при необратимой сердечной недостаточности, тромбоэмболии легочной артерии?

— Раньше эти диагнозы были чаще всего фатальными. Сейчас тяжелая сердечная недостаточность — не приговор. Мы сделаем таким пациентам пересадку сердца. И они продолжают жить.

Массивная тромбоэмболия легочной артерии, увы, и в наши дни пока часто заканчивается гибелью. Но если человеку удается выжить, у него развивается легочная гипертензия. Он не может дышать. Возникает отек легких, подскакивает давление. Сегодня врачи разработали новую методику, которая снимает с легочных артерий нервное возбуждение.

Делается это с помощью радиочастотного воздействия. Через прокол врач аккуратно отделяет от стенки сосуда вредное образование и удаляет его. Пациент начинает нормально дышать. Снижается давление в легочной артерии. Человек продолжает жить.

Эта методика начала применяться около десяти лет назад.

 — Сегодня все больше детей рождаются с врожденными пороками сердца. С чем это связано?

— Врожденные пороки сердца стали находить у новорожденных чаще. Однозначного ответа, почему это происходит, у врачей сегодня пока нет. Но известно, что свою роль здесь играют вирусные инфекции, которыми переболела мама в первом триместре беременности. Существует и генетическая предрасположенность к порокам сердца. Она передается по женской линии.

Но, к счастью, сегодня врожденный порок сердца — не значит конец. Мы закрываем ребенку ненужное отверстие в сердце, и он начинает нормально жить. Свободно дышит, перестает болеть пневмониями. И соблюдая с помощью родителей правильный образ жизни, впоследствии становится совершенно здоровым.

Важно лишь вовремя диагностировать проблему. Для этого мы сотрудничаем с родильными домами и направляем своих врачей к младенцам с шумами в сердце.

— Лео Антонович, а какими достижениями именно вашего Центра вы особенно гордитесь?

— Прежде всего, мы с профессором Болдыревым создали новый раствор для хранения донорского сердца. В нем его транспортируют от донора к получателю зачастую из других городов и стран. Это могут быть 5–6-часовые перелеты. От качества внутриклеточного раствора во многом зависит судьба пациента.

Мы перешли на этот новый раствор, и смертность у больных резко пошла вниз. 600 операций с этим раствором выполнил я сам. Среди пациентов были новорожденные от 1,8 кг и совсем пожилые люди.

В нашем Центре был сделан и первый в мире полнопроточный механический клапан сердца. Он спасает детей с врожденными пороками. Когда нужно поставить клапан максимально рано — в первые 3–10 недель.

Старые варианты клапанов были далеки от совершенства. Давали осложнения. Новый вариант после установки ничем не отличается от естественного клапана. Сердце чувствует себя здоровым.

— Известно, что вы с коллегами создали какой-то уникальный стимулятор для сердца?

— Мы сделали первый в мире беспроводной электрокардиостимулятор. Маленький 18-миллиметровый приборчик помещается не внутрь, а поверх сердца. Это очень важно. Двухкамерные стимуляторы, которые сегодня вживляют внутрь, иногда могут вызывать осложнения. В этом случае приходится делать операцию на сердце.

Эта разработка принадлежит Ольге Бокерии. Под ее началом и был сделан такой прибор. А я поставил первый беспроводной стимулятор.

Вообще, мы очень оптимистично смотрим на возможность создания новых механических устройств, которые будут работать долго — несколько лет. Сегодня уже есть их прототипы размером меньше мизинца. Они прокачивают до 2,5 литра крови в минуту, а человеческое сердце прогоняет примерно 4,5 литра. И вот такой насос не требует подключения аппарата искусственного кровообращения.

Напоследок хочется добавить, что у нас в институте сделан первый так называемый «Мобильный кардиолог». Аналогов ему в мире я не видел.

Это огромная машина. Там есть кабинет для ангиокардиографии. Это значит, что вы можете проводить там самую точную диагностику сердца и сосудов. Выполнять и серьезные операции — устанавливать стенты, кардиостимуляторы, устранять аритмии.

Сейчас наши доктора ездят на «Мобильном кардиологе» по Подмосковью, осматривают и лечат людей. Были случаи, когда они прямо на месте спасали людей от инфаркта. Пожалуй, кардиохирургия на сегодня это самая продвинутая область медицины.

Если вам была полезна информация, поделитесь ею, пожалуйста!
Наталья ДАЛЬНЕВА

Похожие статьи: