Венчанный брак

Мы уже знакомили наших читателей с книгами издательства “Святая Гора”. Скоро выйдет в свет новая книга известного греческого богослова Епифания Феодоропулоса “Добрачные отношения. Гражданский брак. Аборты”.


Рассказывает член редакционного совета издательства “Святая Гора” священник Димитрий Валюженич.


– Мне часто приходится слышать такие аргументы в пользу гражданского, невенчанного брака. Дескать, венчание – это лишь формальность. Живут мужчина и женщина в плотской близости – и это грех. А спустя некоторое время после венчания – уже не грех. Фарисейство какое-то.
– Действительно, плотская близость мужчины и женщины “за пять минут до” брака – это грех, а “пять минут после” – уже нет. “За пять минут до” подписания договора нотариусом и договаривающимися сторонами и приложения печати нотариуса это простая бумажка, а “через пять минут” – официальный документ, влекущий за собой непререкаемые правовые последствия, иногда весьма далеко идущие. “За пять минут до” приложения подписи завещание ничем не отличается от оберточной бумаги, а “пятью минутами после” этот документ обладает силой, определяет судьбу многомиллионного состояния. “Пять минут до” присяги Президент Республики простой политик, не имеющий никаких особых полномочий, “пять минут позже” он может увольнять правительство и распускать парламент.
Так и в браке. Посредством церковного Таинства Венчания брак становится благословенным, греховное – святым.
– У нас в стране, в отличие от Греции, аборты разрешены. Так есть ли смысл Церкви возвышать свой голос против них? Ведь все равно их делают, да еще в таких количествах.
– А почему бы нам не разрешить свободное хождение наркотиков, так как и они употребляются тысячами людей? Иногда в суды поступают и дела о многоженстве. Может, стоит узаконить и многоженство, раз есть люди, которые нарушают институт моногамии? Есть и ограбления, и изнасилования, и подделка продуктов питания, и тысячи других зол. Так почему бы не узаконить и их?
Какая бы свобода ни была дана в отношении ужасного преступления – аборта, она нисколько не поможет тем, кто их совершает. Уголовная ответственность будет отменена, но совесть, “которой ничто не сильнее на свете”, не найдет успокоения до конца жизни. Идущие на аборт женщины, говорит автор книги, становятся духовно разбитыми и никогда уже не оправляются.
Опыт многих духовников – так же, как и многих психиатров – подтверждает истинность этого тезиса. Великий Гиппократ, хотя и жил в темноте язычества, категорически осуждал аборты и запечатлел в клятве: “Ни женщине не дам разрушающего снадобья”. Очевидно, он знал что-то больше нашего…
– Но женщинам говорят это в больницах, в консультациях. У них нет оснований не верить врачам.
– Но любому человеку полезно думать, особенно женщине, которой Господь подарил возможность материнства. Вот что говорит об этом Епифаний Феодоропулос в готовящейся нашим издательством книге. “Дух Святый, говорящий устами Церкви, свидетельствует, что независимо от того, сформировались органы эмбриона или нет, происходит человекоубийство. Праздники зачатия святых во чреве матери, как, например, Пресвятой Богородицы и Иоанна Предтечи, в нашей Церкви существуют, очевидно, потому, что Она считает, что человек живет с момента своего зачатия.
Но нужны ли другие доказательства, если само государственное право признает личность зародыша, носимого во чреве, с самого момента его зачатия и делает его субъектом гражданского права?
– Но существуют ли обстоятельства, при которых женщина может сделать аборт, не нарушая законов нравственности?
– Нет таких обстоятельств – утверждает автор книги. С точки зрения христианской нравственности никакие случаи аборта неприемлемы.
– А если врачи предполагают, что родится урод?
– В нашей книге сказано и об этом. Если верна практика убийства плода в случае, когда только предполагается, что ребенок родится ущербным, тогда почему бы нам не убивать и детей, которые позже стали инвалидами из-за болезней или несчастных случаев? Давайте возродим порядки древних спартанцев!
Почему бы нам не убивать и всех стариков, которые, например, страдают маразмом? Да, говорят, что эмбрион – это еще не человек. Но когда же он становится человеком? Что это за “волшебный момент”, когда – как бы поудобней назвать – телесная “кашица” превращается в человека? Говорят, после 12 недель, то есть на 85-й день. Но в который час восемьдесят пятого дня происходит “превращение эмбриона в человека”? С утра? В полдень? Вечером? В полночь? И почему не на 84-й день? Или не на 83-й? Что такое великое и важное происходит через миг или через час или через день? В противовес этому ясно и мудро определение нашей Церкви: человек существует с момента своего зачатия! И, следовательно, человекоубийство происходит всякий раз, когда производится аборт – в какой бы срок беременности он не происходил.
– Неужели Церковь не допускает никаких исключений?
– Отец Епифаний говорит в своей книге,что существует один-единственный случай, когда принесение в жертву ребенка может быть принято как неизбежное зло, примерно как убийство при самозащите. Это происходит тогда, когда встает выбор: жизнь ребенка или матери. То есть, когда роды неизбежно, согласно врачебным знаниям, влекут за собой смерть матери.
Но и в этом редчайшем случае решение принимает только беременная женщина. Она и никто иной. Ей говорится вся правда, и от нее требуют решения. Я знаю два-три таких случая, – говорит отец Епифаний. Эти женщины сказали врачам: “Доктор, спасите моего ребенка. А я пусть погибну” Исход: были спасены и матери, и дети!
– А есть ли в издаваемой вашим издательством книге конкретные примеры самого автора, подтверждающие это?
– Епифаний Феодоропулос рассказывает удивительную историю: “Около десяти лет назад меня посетила неизвестная женщина. Она забеременела в то время, когда ее супруг проходил курс лечения радиоактивным йодом. Врачи буквально терроризировали ее последствиями этого курса лечения для плода и убеждали ее совершить “прерывание беременности”. Они убедили женщину, но, как я понял, у нее еще были сомнения. 
– Ну и зачем Вы пришли ко мне? – спросил я ее. – Чтобы я выдал вам индульгенцию на спокойное совершение убийства?
– Но, отче, у меня ведь родится инвалид, – ответила она.
– Не будьте так уверены. Знания врачей не точны. Это не то, что дважды два четыре. Сколько раз врачи оказывались неправы. Я думаю, вполне вероятно, что они ошибаются и в Вашем случае. Но даже если предположить, что они правы, неужели Вы думаете, что это что-то меняет? Разве убийство ребенка-инвалида перестает быть убийством человека? Если Бог попускает подобное испытание, считайте его частью Божьего плана по Вашему спасению. Вы терпеливо поднимете крест свой, раз Господь посчитал необходимым, чтобы Вы его приняли. Возможно даже, Бог попустит Вам принять крест более тяжелый, чем тот, которого Вы пытаетесь избежать. Сохраните Вашего ребенка. Воспитывайте его со всей душой. Над врачами – Бог… У Вас есть другой ребенок?
– Да, мальчик двух лет.
– А если он упадет или его собьет машина, и он станет полным инвалидом, Вы убьете его?
– Нет, отче! Как же я убью своего ребенка?
– Но разве тот, кого Вы носите во чреве, не является в такой же мере Вашим ребенком? Если Вы его до сих пор не видели, не кормили его грудью, не ласкали его, не заключали его в объятия, разве он перестает быть Вашим ребенком? Так почему же Вы его убиваете, только предполагая, что он родится инвалидом, в то время как другого Вы воспитывали бы, даже если бы он и в самом деле стал инвалидом?
– Я совершенно забыл об этом случае, – пишет отец Епифаний, – как вдруг раздался телефонный звонок от этой женщины: «Отче, я родила здорового и очаровательного ребенка. Когда я смотрю на него, я ужасаюсь того, что хотела сделать. От чего меня избавил Бог!»
– Отец Димитрий,мнения ученых о том, когда эмбрион становится человеком, когда он наделяется душой, различны. Что говорит по этому поводу автор книги?
– Формирование органов, – утверждает архимандрит Епифаний, –совершается не скачками, не происходит в какой-то определенный период времени. Оно происходит очень медленно, “черепашьими шагами”. Если бы стенки материнского чрева были прозрачны, как стекло, и мы постоянно и каждый день наблюдали бы за развитием плода, с его зачатия до рождения, было бы невозможно заметить момент решающего превращения.
Плод дождался бы своего рождения, а мы были бы озадачены, когда он успел так развиться? Но разве последующее возрастание рожденного ребенка не проходит совершенно незаметно для его родных? Сначала мы видим новорожденного, потом младенца, ребенка, подростка, юношу, взрослого человека и задаемся вопросом: “Когда же он так вырос?” Мы не в состоянии определить моменты перехода человека из одной возрастной группы в другую. То же самое происходит и с развитием плода.
Невозможно определить эти моменты. Что же это за “магический миг” наделения плода душой? Какой день, какой час, какая секунда, часть секунды, когда завершается формирование органов? Какие факторы определяют тот судьбоносный для плода миг, когда происходит его превращение из телесной “материи” в одушевленное человеческое существо?
– Где можно будет приобрести вашу книгу?
– Звоните в издательство. Телефон у нас простой 540-11-40. Заказывайте книгу по почте: Москва,107082, абонентский ящик 93. Мы готовы подарить книгу женским консультациям, больницам, обществам православных врачей. Только бы меньше страшного греха совершалось у нас в России.

Наталия ЛАВРОВА

Похожие статьи: